фотоаппарат Leica
Фотокорреспондент Роберт Диамент
Северный флот в Великой Отечественной войне
Фотоархив
Статьи > Североморский спецназ

Североморский спецназ

Автор Л.Р. Диамент

Опубликовано: Журнал «MONOLIT»

Подъем пулеметов на скальные вершины. 1943 г.
Подъем пулеметов на скальные вершины. 1943 г.

История спецназа Северного флота начиналась в первые дни войны, когда 6 июля 1941 года, отряд кораблей Северного флота высадил на западный берег реки Большая Лица стрелковый батальон в количестве 550 человек под командованием командира охраны водного района главной базы капитана 1-го ранга В.И. Платонова. Десантники заняли усадьбу колхоза Большая Лица и соединились со 112-м полком 52-й стрелковой дивизии. Перед ними были элитные части Вермахта — немецкие горные егеря, предназначенные специально для ведения боевых действий в высокогорных районах. При подготовке горных егерей большое внимание уделялось навыкам выживания, развитию физической силы и выносливости. Командирами сформированных дивизий были опытные альпинисты, что определяло психологический климат, взаимовыручку, сплочённость и высокий боевой дух. Командующий 20-й горно-егерской армией генерал-полковник Эдуард Дитл первым в Вермахте получил «Дубовые листья» к Рыцарскому Железному кресту. Горстке наших парней, не прошедших серьезной подготовки, противостоял опытный, грозный противник, которому Гитлер поставил задачу прорвать оборону Заполярья, захватить Главную базу Северного флота в Полярном, города — Мурманск и Архангельск и разрушить железнодорожное сообщение с центральными областями страны. Для сдерживания этой армады сил нашего десанта было явно недостаточно.

Герой Советского Союза старший сержант Василий Павлович Кисляков. 1942 г.
Герой Советского Союза старший сержант Василий Павлович Кисляков. 1942

С целью их усиления на восточный берег губы Западная Лица 16 июля был высажен второй десант моряков-добровольцев, сформированный из личного состава тыловых частей и учебного отряда флота, под командованием смелого, находчивого разведчика старшего сержанта В.П. Кислякова, помощника командира взвода отдельной дегазационной роты, получившего приказ захватить одну из сопок и удержать ее до подхода основных сил. Сопку занять удалось, однако малочисленному отряду противостоял серьезный противник, обладавший значительным численным превосходством, — рота горных егерей. Десантникам пришлось уйти в глубокую оборону. Двое суток наши бойцы отбивали атаку за атакой, пока патроны не подошли к концу. Оценив обстановку, спасая людей, сержант отдал команду всем отступить и занять следующую линию обороны. На важной в тактическом отношении высоте он остался один — прикрывать отход. У него было только 4 пулеметных диска, с десяток винтовочных патронов на 3 винтовки и 6 гранат. Позже у убитого немца позаимствовал автомат. Сержант разложил и замаскировал оставшееся оружие и занял оборону. Перебегая от ружья к ружью и пулемету, он косил фашистов, пока не кончились все патроны. Тогда боец стал бросать гранаты. Метнул последнюю … весь боеприпас закончился — сражаться больше нечем. Неожиданно для врага он поднялся во весь рост и скомандовал: «За Родину! Взвод, за мной! Ура! Ура!» и один бросился в атаку.
Атака морской пехоты
Атака морской пехоты
Гитлеровцы, услышав команду, не могли представить себе, что высотку удерживает всего один пехотинец и отошли, а когда опомнились, было уже поздно. К сопке приближалось своевременно подоспевшее подкрепление. На склонах сопки лежало несколько десятков врагов. Когда товарищи окружили героя, силы его покинули. Сын Коми, став десантником, оказался первым североморцем — Героем Советского Союза. За подвиг он был удостоен награды менее чем через месяц после боя, 13 августа 1941 года. На встречах со школьниками в сороковую годовщину начала войны В.П. Кисляков вспоминал и другой эпизод, как морские пехотинцы перехитрили немцев, непрерывно обстреливавших из минометов пограничный знак на сопке Муста-Тунтури. Наши моряки закрепили на знаке со стороны противника портрет Гитлера, нарисованный на куске фанеры. Стрельба сразу прекратилась и больше не возобновлялась. Данный пограничный знак оставался целым на вершине до конца войны.

Позиции морской пехоты, обороняющей стратегически важный склон сопки
Позиции морской пехоты, обороняющей стратегически важный склон сопки

После десятидневных боев в сентябре 1941 года наступление противника было остановлено. Потери немцев за это время составили: убитыми и ранеными около 4400 солдат и офицеров, разгромлен штаб 138-го горнострелкового полка. Фашистское командование было вынуждено заменить обескровленные 2-ю и 3-ю горнострелковые дивизии частями 6-й горнострелковой дивизии, переброшенной в Заполярье с острова Крит. К началу октября линия фронта стабилизировалась. Обе стороны приступили к созданию оборонительных рубежей. С наступлением зимы проблема тепла приобрела для противника исключительное значение. Командование Карельского фронта в директиве Военным советам 14-й армии и Северного флота 20 октября 1941 года приказал действиями лыжников-разведчиков и снайперов сковать врага на его позициях, а по ночам обстреливать скопления частей вермахта, особенно у костров.

Снайперы — это особый привилегированный класс морской пехоты. Их исключительность заключается в природном таланте, сочетающем незаурядную меткость стрельбы, умение читать следы (иметь дар следопыта), врожденную способность маскировки (сливаться с окружающей средой) плюс безграничное терпение и выдержку. Снайперы обеих сторон должны без движения находиться долгое время, выслеживая друг друга. Дуэль выигрывает тот, чьи нервы крепче. Цена выигрыша — жизнь и победа. Снайперами становились в первую очередь охотники-таежники. Так, один из снайперов — охотник из Бурятии Рашна Аюшиев до войны стрелял белку в глаз на лету, чтобы не повредить шкурку, а сын Дагестана Мамед-Али Абасов к 1943 году уничтожил более 184 оккупантов.

Снайпер-бурят Рашна Аюшиев в сентябре 1942 (в октябрьских боях 1944 г. уничтожил 25 фрицев)
Снайпер-бурят Рашна Аюшиев в сентябре 1942 (в октябрьских боях 1944 г. уничтожил 25 фрицев)
Снайпер-дагестанец Мамед-Али Абасов уничтожил более 184 врагов. 1943 г.
Снайпер-дагестанец Мамед-Али Абасов уничтожил более 184 врагов. 1943 г.

Отдельный рассказ — о разведчиках-диверсантах, в отрядах которых редко, но участвовали девушки. Об одной из них — Ольге Параевой, юной девушке, свободно владевшей немецким и несколькими скандинавскими языками, необходимо рассказать особо. 22 июля 1941 года в числе 15 разведчиков она участвовала в разгроме опорного пункта врага. Когда силы разведчиков стали иссякать, заместитель командира отряда старший лейтенант Георгий Лебедев бросился вперед. Рядом с ним сквозь свист пуль и взрывы гранат плечом к плечу бежала Ольга. Лебедев упал. Девушка закричала: «Ребята! Георгия убили! Что же вы лежите?! Вперед!». В едином порыве моряки сломили сопротивление врага, взяли в плен семь фашистов. После боя Ольга хлопотала возле раненых: перевязывала их, накладывала лубки, останавливала кровь, поила водой. А когда егеря перешли в контратаку, ее автомат снова разил врага. Закончив операцию, отряд эвакуировался на морском охотнике и тихоходных мотоботах, которые были атакованы четверкой «мессеров». Бот начал тонуть, а командиру отряда майору Добротину пули зацепили обе ноги. «Быстрее прыгайте, товарищ майор, иначе вас затянет водоворот!» Однако майор понимал, что с перебитыми ногами он не пловец, и твердо приказал Ольге плыть к берегу. Но что сделала девушка? Столкнула майора за борт и прыгнула сама. Спасаясь от огня врага, ныряла сама и погружала в воду майора. Вконец измотанная, она вытащила Л. В. Добротина на берег, перевязала ему простреленные ноги и занялась другими ранеными. После тяжелых ранений майор Л. В. Добротин в отряд не вернулся, служил в разведотделе штаба Северного флота.

В 1941, 1942 и в начале 1943 года германское командование осуществляло активные морские перевозки военных грузов для частей вермахта, дислоцированных в Северной Норвегии. Вклад разведки в снижение эффективности этих поставок невозможно переоценить. Во вражеский тыл постоянно засылались группы разведчиков с заданием выявить и количественно оценить передвижение войск и конвоев противника.

Об одной из наиболее известных групп рассказал Герой Советского Союза М.А. Бабиков, воевавший под началом легендарного дважды Героя Советского Союза В.Н. Леонова. Неуловимая группа командира Владимира Лянде и двух его друзей — Анатолия Игнатьева и Михаила Костина в очередной раз была заброшена в скальные фьорды у Киркенеса с запасом продовольствия и снаряжения. Группа передавала сведения о конвоях противника. После получения сообщений наши самолеты бомбили транспорты, стоящие под разгрузкой в портах, а катера и подлодки топили их в горловине Варангера и Бос-фьорда. Только за одну 9-месячную разведывательную вахту группа передала командованию сообщения о 77 конвоях, из которых было потоплено 28 судов общим водоизмещением 83 тысяч тонн и 12 повреждено. Работать приходилось автономно, скрытно, без контактов с населением, и с минимизированными выходами в эфир.

В сентябре 1944 года из сообщений, переданных командованию группой, стало ясно, что в районах Петсамо и Киркенес сосредотачиваются горно-егерские части. Полученные сведения были использованы в разработке мер по блокированию помощи частям противника для эвакуации их в процессе и после Петсамо-Киркенесской операции.

На задание. 1942 г.
На задание. 1942 г.
Перебежка
Перебежка

Гитлеровским горно-егерским частям удалось захватить и укрепить несколько стратегически важных высот на хребте Муста-Тунтури, с которых хорошо просматривались и простреливались все подходы к ним. Но бойцы 12, 63 и 254-й бригад морской пехоты противопоставили прославленным егерям смекалку, воинское мастерство и смелость. Разведчики получили приказ захватить и доставить «языка». Сейчас трудно представить себе, как это можно было осуществить, но 22 сентября 1943 года 29 разведчиков с помощью тросов бесшумно поднялись на отвесную скалу высотой 15–20 метров и, ворвавшись в окопы фашистских егерей, перебили солдат, захватили и дотащили пленного по скальным кручам, доставив ценного языка командованию.

Разведчики разведотряда Штаба СФ в 1943 г. Слева направо: второй - Анатолий Игнатьев, третий - командир группы Владимир Николаевич Лянде, пятый - радист Михаил Николаевич Костин
Разведчики разведотряда Штаба СФ в 1943 г. Слева направо: второй - Анатолий Игнатьев, третий - командир группы Владимир Николаевич Лянде, пятый - радист Михаил Николаевич Костин

М.А. Бабиков вспоминал, как разведчики, измученные долгим переходом, подошли к скале, нависающей над батареями на мысе Крестовом. Им предстоял скрытный спуск. Времени было в обрез, канатов не хватало, поэтому моряки использовали неприменяемый в альпинизме способ спуска. Один разведчик повисал над пропастью, ухватившись за выступающий камень, а другой сползал по нему, как по канату, пока не находил опору для ног. После этого товарищ спускался по нему. Этот «гимнастический трюк» ими выполнялся морозной беззвездной октябрьской ночью с полной выкладкой — с автоматом, гранатами, патронами и в полной тишине. И выполняли это не гимнасты и не атлеты-качки, и даже не спортсмены, а обыкновенные парни, прошедшие подготовку в отряде Виктора Николаевича Леонова по разработанной им методике, которая в дальнейшем стала основой для обучения Североморского спецназа приемам рукопашного боя.

О значении разведки и внимании, которое командование уделяло разведчикам, говорят те факты, что их высококалорийный паек утверждал лично Нарком ВМФ СССР, главнокомандующий ВМФ адмирал Н.Г. Кузнецов. Член Военного совета флота вице-адмирал А.А. Николаев, бывало, невзначай захаживал к разведчикам просто поговорить перед очередной вылазкой, поддержать и укрепить их боевой настрой.

Вернуться к списку статей

 © 2005-2017  архив, разработка сайта: Правовая информация
  Rambler's Top100